Sediment_ordeal
When your heart feels terribly hurt, I will definitely embrace you.


Автор: Sediment_Ordeal
Беты (редакторы): Frakir
Фэндом: Deathstars
Персонажи: Вип/Кот (Петр I/Иван Мазепа)
Рейтинг: R
Жанры: Слэш (яой), Романтика, Мистика, Стёб
Размер: Мини
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Описание:
Всем известно, что Дезы любят Россию, но до чего эта любовь может их довести?
Публикация на других ресурсах:
ой, ну мне практически все равно, главное пришлите ссылку в лс и шапку не потеряйте
Примечания автора:
Знаете, никогда не думал, что мой маразм выльется в такое. А все благодаря тому, что из группы ушел Кот + у меня истерика + идея теплилась в душе целый год - раньше я знал историю лучше + КотоВип вечен = маленький шизофренически-графоманский ужас. Наслаждайтесь, блин))

ficbook.net/readfic/827469 - короче говоря это мое последние сумасшествие, не знаю правильно то, что я делаю или нет, но уже поздно^^
- Вииииии-ииииипочка! - орал Кот практически над ухом вокалиста, устроившись на полу, когда тот развалился на кровати как барин.
- Чего тебе? Не видишь, я занят...
- Может, ты мной займешься? Я полезней, чем эта твоя.., - Кошатина заглянул на обложку книги, с которой в данный момент и изменял ему Вип. - история России.
- Умгху... Слушай, наверное, было круто тогда жить... Во времена Петра Первого...
Эрик надул губы (прим. авт.: хотя куда уж больше?), наблюдая за довольной физиономией Энди, и вообще не понимая, какого хрена сейчас, когда он, такой офигенный, сидит перед ним на коленях, тот не обращает на него никакого внимания. Лишь изредка взъерошивая волосы на голове, словно питомцу. Все это Кота могло довести прямо-таки до бешенства.
- Как? Ни технического прогресса, - Кот потихоньку начал подниматься, - ни музыки, - коленкой он уперся в кровать, одной рукой держась за спинку все той же несчастной и видавшей виды кровати гостиничного номера, собственно в котором им и придется теперь прожить несколько дней, а другой - резко вырывая книгу из рук Виплашера. - Ни меня, в конце-то концов...
- Верни книгу, животное!
- Утихни, - книга полетела куда-то в сторону, разбив вазу, а Кошатина уже взобрался на Энди сверху, целуя и мурлыкая, явно намекая, что не прочь пообщаться ближе.


Проснувшись и почувствовав, что ничего теплого рядом не наблюдается, Вип со все еще с закрытыми глазами пошарил рукой по кровати, но Кота не обнаружил.
- Кис-кис-кис.., - реакции никакой, он в комнате был один. Встав и, судя по внутренним ощущениям, походил с закрытыми глазами, как ему казалось, по все тому же номеру, однако Вип не учел, что теперь он не совсем там, где ожидал, поэтому, врезавшись в стену (по инерции два раза), вокалист упал без чувств. Придя в себя, он абсолютно так по-домашнему стал крыть всех и вся девятиэтажным матом, все-таки удосужившись раскрыть глаза.
Сейчас до его сознания добрались лишь две мысли: либо это розыгрыш, либо он реально в покоях Петра I. Все-таки хорошо, что вчера он успел разглядеть иллюстрации или все не так радужно?.
- Чеееееерт! Мать вашу бегемотиху, что за хуйня вокруг творится? - снова развалившись на полу, Энди устроил себе лирическое отступление, мысленно размышляя на тему того, какого хрена он тут оказался? Стук в дверь и на автопилоте мужчина крикнул, чтобы вошли. Вошедший парень слегка смутился развалившейся на полу "звездочке".
- Ваше Величество, завтрак подан. И прибыл Мазепа со своей свитой, просят принять их, - получив кивок головой, парень удалился из покоев. А Вип все же выбрал первый вариант - "коль розыгрыш все это, то мы не прочь сыграть" – пронеслось в его голове.


Справившись со всеми земными делами, новоявленный Вип-царь-батюшка-и-хрен-знает-кто решил заняться делами государственными, так как выяснил он, что не легки дела их с королевством Швецией, а посему нужны им люди, войска-то есть. И чем больше, тем лучше!
"Ох, ну мокруху я устрою!" - думал Андреас, восседая на троне в приемном зале, но вот дверь открылась и в зал вошел Иван Мазепа. Одежда его на плечах была мокрой, а голова опущена, в руках была шапка. Чем ближе приближалась эта маленькая "демонстрация", тем знакомее казался силуэт гетмана. Випу уже рассказали, что Иван пристал на их сторону еще в прошлом визите, сегодня же он был чем-то недоволен, только чем и как решить проблему?



(три часа назад)
- Ааааааа! - заорал Кошак, начиная метаться по комнате.
- Чего это с ним? - шепнул писарь.
- Пить меньше надо, - сообщил трактирщик в ответ, качая головой. Полный мужчина средних лет пустил гетмана с дороги на ночь, а ему отплатили такой монетой. На мужчине был не первой свежести фартук, лицо его не ухожено - хорошо была видна щетина, хотя волосы, как ни странно, были завязаны в хвост и выглядели достаточно чистыми. Он скептически оглядел метающегося мужчину и, развернувшись, ушел, с явным намерением выставить за дверь сумасшедших, взяв оплату втридорога, если ему еще хотя бы раз придется подняться и выяснять причины странного шума в комнатах, а в том, что это случится он не сомневался. За нарушенный покой он просто готов был убить их, но, по своей природе, несмотря на довольно-таки грозный вид, он был не конфликтным человеком, поэтому мог только терпеть и после потребовать компенсацию. При этом ему удавалось получить деньги от постояльцев не просто со словами благодарности хозяину, но и с чувством выполненного долга пред человеком, что столь искусно решает проблемы. Таким образом, ни постояльцы, ни трактирщик не оставались обиженными. Писарь же, а по совместительству еще и личная нянька, остался наедине с проблемой, которая визжала, бегая по комнате в ночной сорочке, периодически подбегая к зеркалу, висевшему на стене. Подсохшие цветы в вазе нагло покачивались, словно хихикали с этого действа, до тех пор, пока вода из вазы была пролита на истеричное лицо гетмана. Писарь не был удивлен такому поведению, поскольку ему приходилось видеть и не такие приступы сумасшествия его атамана. Все наслышаны о том, что казаки отважные воины и любители погулять с размахом. Гуляют они относительно не часто, но из алкогольного опьянения выходят крайне редко. То, что казак бывает трезвым - скорее миф. Пьяному и море по колено и лошадь на скаку - детская деревянная игрушка, а все лишь для того, чтобы попросту не переживать стрессы с утра, по типу тех, что приходится испытывать гетману. Можно было бы и сейчас так сделать, просто дать стакан – другой водки этому вихрю, извергающему непечатные слова и жить спокойно, если бы не одно «но»: коль начнется пьянка, то быть и танцам. Проще говоря, начал пить – пей до победного конца. А в данном случае это просто не вариант, потому что…
- Собирайтесь же, царь ждет нас, - и со спокойным лицом писарь вышел из помещения. Одевшись и выйдя на улицу, на Кота накатила вторая волна паники, но, дабы не показывать вновь появившегося стресса, парень умылся чистой водой (его просто окунул туда не вытерпевший писарь), и теперь с кончиков его волос стекала вода. "Это розыгрыш, веди себя спокойно, пусть не о чем не догадываются", - вторил голос в голове Эрика, но верилось в данную версию все меньше. Уж слишком реальным было все. Да, и декорации впечатляющие…


«…Начавшись в 1700 году, Северная война продолжалась в течение 21 года. Главным противником Петра I в этой изнурительной схватке за выход к Балтийскому морю был его ровесник, молодой шведский король Карл XII– одаренный полководец…»

- Все вон! - рыкнул царь-батюшка, и тут же из залы удалилась стража, Кот кивнул своей свите и те также исчезли с глаз долой. В зале стало невыносимо тихо, гетман стоял, не в силах ступить и шагу, царь, как и подобало главе Державы, восседая в кресле, нахмурившись, рассматривал свои сапоги. Когда несколькими минутами позже, Кот направился к Випу, тот дрогнул от неожиданно громкого стука каблуков, который звучал трагично и отбивался от стен зловещим эхом:
- Рад тебя видеть, Эрик, - не поднимая тяжелого взгляда, практически прошептал Диктатор.
- Ты не представляешь, насколько это взаимно, - подойдя достаточно близко, Кот, по сложившейся уже молчаливой традиции, упираясь между ног Випа правой ногой, прижал плечи вокалиста руками к спинке кресла, заставляя посмотреть на себя. - Ты можешь объяснить, что здесь происходит? Какого черта я в каком-то сраном трактире просыпаюсь и меня называют гетманом?
- М, а я-то думал, это твоих рук дело, - Эрик приблизился ближе, а на лице царя мелькнула странная улыбочка.
- Значит, не моих, - пискнуло животное. Правая рука диктатора легла на его бедро, приподнимая и усаживая к себе на колени, а вторая - расположилась на талии, прижимая нежное тело гетмана к себе. Вип ласково прошептал, повторяя языком татуировку на груди Кота:
- И уж точно не моих, - и через секунду спешно добавил, дабы не поднять черт знает какую волну паники в столь податливом сейчас парне, - но об этом думать нужно не сейчас...
Кот не заметил перемещения рук Андреаса, слишком был занят поцелуем, сильные руки бережно обнимали и знакомый запах музыки и сигарет, тепло тела Випа и еще чего-то приятного кружил ему голову. Царь притянул визитера как можно ближе к себе и, нежно целуя, перебирал рукой спутанные волосы Эрика, а тот обнимал его за плечи, сжимая грубую ткань одежды. Плавиться под поцелуями и ласками своего повелителя... На пол летит верхняя одежда Кота, он остается в хлопковой рубашке и штанах. Руки Випа ласкают тело так нежно и бережно, будто гетман сделан из стекла и может рассыпаться от любого неосторожного движения. Андреас целует его шею, плечи, грудь, Эрик выгибается навстречу этим горячим губам, впивается пальцами в его плечи со всей силы. Он раздвигает ноги шире, трется о промежность Энди и пытается прижаться к нему еще сильнее, стать одним целым. С губ срывается первый стон. Сильная рука ложится на член Випа, нежно, почти не прикасаясь, гладит, но царю этого мало:
- Тебе не кажется, что ты слишком одет?



Утро. Наверное. Наглый луч солнца пробрался сквозь шторы и не дает покоя глазам. Кот крутится, нехотя поднимается и открывает глаза.
- Аааааааааааа! – Эрик тщательно натягивает на себя одеяло, словно это поможет ему чем-то. Вип подпрыгивает на кровати, он напуган как никогда, но понимает, что ничего не произошло, мир по-прежнему медленно сходит с ума, а вот Кот уже добился этого результата:
- Животное, ты че орешь то?
- Ничего не изменилось!! Мы до сих пор здесь. Не-на-ви-жу!! – Эрик все же накрылся одеялом, обессилено упав на постель и, кажется, вылезать не собирался.
- Кого?
- Того, кто так шутит. Утюжок… я так по тебе скучаю…
Последние слова Вип не расслышал, слишком уж тихо Кот говорил, но понятно одно - лучше его сейчас не трогать. К сожалению, сейчас не лучший момент выяснять дальнейшие действия, только выхода нет.
- Что делать будем-то?
- В смысле?
- Кот, не тупи. Выход нужно искать. Как мы вообще попали сюда?
- А все твоя книга дебильная, - задумчиво проговорил Эрик.
- Эрик, ты гений!!
- Угу, только где ты искать ее собрался? Издательства того здесь нет и еще долго не будет!!
- Черт! Хотя.… Одевайся!
Одевшись, Андреас вышел. Кот ничего не понял, поэтому не успел одеться, но, накинув одеяло, все-таки побежал за Випом, чтобы не потерять еще и его.



Библиотека – это единственное место, где эта сволочь могла спрятаться. Перерыв всю библиотеку, Вип, к своему величайшему сожалению ничего не смог найти, но ведь это не значило, что ее вообще нет. Нужно исследовать и другие библиотеки, а на это нужно, естественно, время, которого у Кота не было.
- Андреааааас…
- Не называй меня так, забыл где мы? Хотя это еще вопрос спорный…
- Мне уезжать надо. Я писаря в коридоре видел, у меня есть время до вечера, там какие-то дела…
- Угу, - Вип рассматривал бардак вокруг и думал, куда стоит поехать, чтобы найти ту самую. И, кажется, что совсем не слышал Кота.
- Вип, чертов онанист, обрати на меня внимание!!! – от такого визга Берг, кажется, даже оглох. – Мне нужно ехать!! Понимаешь?
- А что ты предлагаешь? Езжай, я найду тебя…
- Как это мило, сейчас расплачусь и затоплю нас…
- Не язви царю. А то накажу! – Вип закинул Эрика на плечо, - Время до вечера, говоришь, есть? Я думаю, сегодня мы посидим на диете…
Ему нужно было возвращаться, это правда. В сечи возникли какие-то проблемы и он недавно (как оказалось) решился вложить деньги в строительство новой школы. Несмотря на все уговоры Андреаса о том, что стоит подождать и все наладится (его решение ближе к вечеру изменилось), Эрик не соглашался и в итоге покинул Российскую империю, возвращаясь «домой» со своей свитой. Кот, конечно же, как и Вип надеялся, что это не последняя их встреча. Только время ведь все равно рассудит по-своему. Да, они не любили друг друга, а секс между ними был скорее по хорошей дружбе, чем от светлых чувств. Они удовлетворяли друг друга во всех смыслах.
Так думать было проще.
Наверное.

Время шло своим чередом. Осень сменилась зимой, а после нее пришла весна. А потом еще и еще. Время набирало скорость. Прошел год – другой. Книга была до сих пор не найдена, но это был единственный шанс на спасение, больше ничего не было придумано. Да, наверное, Андреас уже смирился со своим положением. Его вполне устраивало то, как сложилась их жизнь, но дом и близкие люди – это роднее. Объяснить стремление души сложно или же вообще невозможно, как бы сильно ты этого не хотел. У него оставалось всего пару вариантов того, где могла бы быть эта чертова книга и, как ни странно, но после этого Берг решил бросить это благое дело спасения своей души и тела, хотя не только своего, но и Кота тоже. Скорее всего, он огорчится больше, чем сам Вип, когда обо всем узнает. Такие новости быстро воспламеняющемуся Эрику опасно говорить, потому что его эмоциональность не знает границ.

Андреас решил сразу отправиться в монастырь, в котором когда-то был сам (точнее настоящий Петр). Под предлогом проведать настоятеля, царь собирался в путь. Он уже ни о чем не думал и не понимал для чего, собственно говоря, едет. Порой он забывал цель этих поисков, но быстро одергивал себя. Как бы там ни было, но путь ему предстоял долгий. А тем временем начавшаяся несколько лет назад Северная война беспокоила царя все больше. Шведы наступали, и это было странно.


Пробыв несколько месяцев в монастыре, Вип возвращался в хорошем расположении духа, так как ему все же удалось найти эту злосчастную книгу. В ней была вся история, вплоть до правления Петра 1, а написанное было в аккурат как в той, что Вип читал перед тем как попасть сюда. Правда, результат огорчил царя, поскольку в книге не было способа, при помощи которого они с Котом смогли бы вернутся к себе домой, а если быть точным, то в гостиничный номер. Но в том, что это та самая книга, Андреас не сомневался. Еще в монастыре диктатор оставил книгу на столе, пока изучал похожие писания, а вернувшись, увидел в ней дописанные строки. Однозначно их там не было, и никто не мог их дописать, поэтому было решено забрать именно эту книгу. В дороге Вип изучил книгу вдоль и поперек, и опять-таки убедился, что в ней нет нужной информации, единственное, что было так это странная фраза, непонятного назначения, которая красовалась в качестве эпиграфа: «Поверить в происходящее и быть рядом, чтобы исчезли дозволенного границы, и разум, сдавшись, освободил пленников». Каким образом это может помочь ему, он не понимал. Пока не понимал…

По приезду царь первым делом поручил Мазепе отправляться в правобережные края разорять магнатов, державшихся шведской армии. К сожалению или счастью, царь не знал о том, что Мазепа подумывал о завладении Правобережной Украины и боялся, что Палий может оказаться опасным противником, благодаря своей популярности среди казачества. Кот оказался достаточно хитрым животным и, схватив Палия, все же овладел Правобережной Украиной. Естественно, Эрику пришлось объясниться с Андреасом. Он оправдывался, что пока в Польше в силе остается шведская партия, не следует отдавать полякам правобережных земель,– и царь принял это объяснение. Но Вип никак не хотел разрешать действовать ему самовольно и поэтому, чтобы лучше координировать действия своих армий, поставил во главе казацких полков русских и немецких офицеров.
Все продолжалась война, напоминавшая игру в шахматы двух умных и достаточно сильных стратегов, а третий оказался не особо немым наблюдателем, который нужен был обоим, только не знал этот наблюдатель, что от его решения зависит возвращение домой двух чужаков на этих землях.

Тронный зал мог показаться мертвенно пустым, если бы не одинокая фигура Петра 1, стоящего у открытого окна. Его взгляд был грустен, а лицо казалось невероятно уставшим. Всю ночь он думал над донесением, которое напрямую касалось Кота, точнее его действующего союзника гетмана Ивана Мазепы. В донесении ясно было написано, что Иван тайно ведет переговоры со шведской стороной. Но как такое могло произойти? В голове не укладывалось. Наверное, именно из-за этого он и практически не спал прошлой ночью. Однозначно, это было ошибкой.
В зал вошел поручик.
- Ваше Величество, что делать с донесением?
- Сожгите, – его голос звучал как приговор тем, кто написал его.
- Но как?
- Поручик, ну ведь взрослый человек, разве вы не знаете, как сжигается бумага?
- Ну, отчего же, знаю.
- Значит, не задавайте глупых вопросов.
Поручик хотел было пойти, но вспомнил, что забыл спросить еще кое-что. Точнее, просто поговорить с царем по душам, ведь раньше они неплохо общались. К слову, поручик был привлекательной наружности и, возможно, Андреас сделал бы его своим фаворитом, но, увы, так сложилось, что у него не было желания соблазнять молодого и симпатичного поручика.
- Ваше Величество, а как же на счет тех, кто прислал донесение, Искры и Кочубеем, а также Мазепой, теперь ведь нельзя ему доверять.
- От чего нельзя? Он неплохо справляется со своими обязанностями. Если бы все мои люди были такими как он, я был бы самым счастливым человеком на земле. А Кочубея и Искру пустите под суд, пусть он решает, что делать с теми, кто из-за личных мотивов решает свести счеты таким образом. Насколько я слышал.., - царь, улыбнувшись, повернулся лицом к поручику, который все это время продолжал стоять за спиной у Петра, - Мазепа просто пытался добиться руки и сердца дочери Кочубея, и, почему-то я не сомневаюсь, что у него это получилось, – он снова отвернулся к окну, а после минуты тишины его голос, несколько радостный, снова вопрошал к поручику:
- У вас все, поручик?
- Да, Ваше Величество. Я могу идти?
- Да, в таком случае, вы можете быть свободным.
На этом был закончен разговор, но не история, и Вип это понимал. Единственное, что ему оставалось – это продолжать и не думать о том, что может произойти.



«…В октябре 1708 года, Мазепа, совершенно открыто, прежде всего, надеясь сохранить свою страну от опустошения, переходит на сторону шведов. За ним последовали 3 тыс. казаков и многие видные старшины…»

- Вот оно как!!!
Бумаги полетели со стола, а чернила были удачно запущены в карту, висевшую на стене и истыканную различного цвета дротиками.
- Значит, предал меня!!! – нож вонзился в дорогой стол, а Андреас уже понял, что теперь нужно делать. И добром это явно не закончится. – Писаря ко мне. Нужно дать понять, кто здесь диктует правила.
В комнату влетел щупленький мужичок в очках и кучей бумаг, руки его дрожали, и чернила готовы были вот-вот пролиться на белую, не тронутую рукой человека, бумагу. Он молча прошелся по комнате то ли не зная, что сказать, то ли не хотя попадаться под горячую руку прямо-таки взбешенного царя.
- Пиши. Манифест к украинскому народу…
Написав манифест, в котором царь призывает считать Мазепу предателем, обвиняя его в намерении вернуть Украину под власть Польши, Петр выгнал писаря, дальнейших указаний не требовалось. Для Мазепы это должно было стать наказанием за нарушение договоренности и этого было бы достаточно, но Випа уже было не остановить, он принялся писать письмо Меньшикову с указанием на розыск гетмана, а в случае, если тот не найдет – вырезать город Батурин. Так и произошло. Через несколько дней в городе была жестокая бойня. Кота не нашли, но часть его свиты и казаков перешла на сторону царя, скорее всего уже попросту утратив веру в своего гетмана.


«…Весной 1709 года Карл XII решил начать наступление на Москву через Харьков и Курск. Серьезной преградой на этом пути стала Полтава. Полтавская битва – одно из самых решающих сражений во всей европейской истории – была выиграна Петром I. Россия, получив выход к Балтийскому морю, начала превращаться в одну из великих европейских держав…»

Кот не контактировал, наверное избегал встречи. Еще бы! Он очень красочно представлял гнев Випа, соизмеримый разве что потопу, который, однако, быстро прошел. Им нужно было поговорить. Это понимали оба, и каждый из них не знал, как совершить первый шаг. Стоит ли вообще встречаться после пережитого? Первым пойти на переговоры решился Вип. Почему? Прошел год, естественно, он давно остыл, еще и победа в Полтавской битве добавляла уверенности в своих силах. К тому же, сейчас он до конца осознал, что для возвращения им нужно всего лишь две составляющие: вера в реальность происходящего и преданность друг другу, перечеркивающая обиды и недомолвки прошлого. Возможно, его гнев на предательство Кота было вызвано именно тем, что на подсознательном уровне он понимал, что их действия неправильны, но ничего не смог поделать со своими эмоциями, которые вырвались, несмотря на строгий нордический характер, вместо того, чтобы просто пойти на компромиссное решение проблемы, принятое во время простого дружеского разговора. (прим. авт. или секса…всяко бывает) Что было, то не переписать и, коль невозможно исправление старой истории - нужно писать новую, более красочную.
Андреас нашел его благодаря слухам, которые глаголили, что гетман сейчас в Бандерах, и вот сейчас они стоят друг напротив друга, на расстоянии вытянутой руки.
И молчат. Не зная, что говорить и как.
- Привет, а ты изменился... – Вип хотел было похлопать его по плечу, но во время одернул себя.
- А ты совсем нет. Каким был, таким и остался. Играющим в войнушки и легко размениваясь человеческими жизнями.
- Все не так! – и чуть тише добавил, - Теперь, не так…
- И как же? – Казино все еще был далеко от Берга, он не верил ему и, возможно, просто не знал, как поверить.
- Я понял, что все реально. Просто поверь мне, Эрик.
Глаза Эрика стали больше обычного – это впервые была просьба. Просьба за время пребывания здесь, не письменный приказ куда ходить, с кем разговаривать и как дышать, а простая человеческая просьба. Бакмен начал сдаваться. Лед тронулся, пришла весна.
- Давай считать это испытанием, которое мы прошли.
- Берг, но ведь оно с ошибками, мы сделали много неправильного, мы могли бы поступать по-другому…
- Мы люди, не больше и не меньше. Это наше, чуть ли не единственное, право…
Эту ночь они провели вместе. Они говорили, вспоминали и делились тем, что произошло за это долгое, практически бесконечное время.
Они доверяют друг другу, они вместе и границы растворяются, исчезают и разум поддается, выпуская заложников на свободу. Утром они проснулись все в том же, видавшем виды номере. На полу осколки разбитой вазы и огромная лужа, возможно уже немного высохшая, но все еще хорошо заметна на ковре, по которому разбросаны цветы, видимо, из вазы. А чуть сбоку лежит раскрытая книга, на страницы которой аккуратно прилегла роза, тем самым закрывая самую главную финальную фразу. Хотя возможно ее там и нет? Так или иначе, но для них, спящих под одним одеялом мирных музыкантов, Северная война закончена. Теперь закончена.

@темы: Типичный маньяк, Радужная слюна!, Мои дрочебильки и графоманские зародыши, Мои бредни на больную голову, Когда я перестану петь, Deathstars